«День и ночь в Германии бьют тяжелые молоты…»

Речь Уинстона Черчилля в Палате общин 26 марта 1936 года 

Нарушение границ Рейнской области является весьма серьезным происшествием с той точки зрения, что оно ставит под угрозу безопасность Голландии, Бельгии и Франции. Серьезность случившегося обусловлена еще и тем, что, когда эта область будет укреплена – а упоминание министра иностранных дел о несогласии немцев воздержаться хотя бы от рытья окопов на период ведения переговоров лишь усилило мои опасения на этот счет и еще больше опечалило меня, – так вот, когда там появится линия укреплений, я полагаю, это сразу же отразится на ситуации в Европе. Вырытые окопы преградят путь всякому, кто захочет войти в Германию через парадную дверь, что, в свою очередь, развяжет нацистам руки, дав им возможность предпринимать вылазки черным ходом – в восточном и южном направлении.Несмотря на огромную значимость начавшейся ремилитаризации Рейнской области, я все-таки должен отметить, что это событие представляет собой лишь незначительный эпизод огромной трагедии. В чем же суть проблемы? В чем настоящая опасность? Дело не в ремилитаризации Рейнской области самой по себе, а в масштабном перевооружении Германии в целом. Вот в чем корень зла. Мой достопочтенный коллега, представляющий оппозицию, упомянул, что, по его мнению, в период выборов я был буквально одержим этой идеей. Признаюсь честно, мне действительно никак не давала покоя мысль обо всех этих непрерывно работающих станках, о тяжелых молотах, которые день и ночь бьют в Германии, превращая всю промышленность этой страны в один гигантский военный завод, а отважных и талантливых немцев – в огромную дисциплинированную армию. Вот та проблема, с которой мы столкнулись. Вот что создает угрозу войны. События в Рейнской области – всего лишь один шаг, один этап в процессе милитаризации. Я полностью согласен со спикером официальной лейбористской оппозиции, который говорил о том, что Европа одержима страхом. Боятся все и вся, целые страны и народы трепещут от ужаса. Даже наше государство, защищенное несколько лучше других благодаря своей удаленности, объято паническим страхом. Именно этот страх побудил уважаемого члена парламента от Вест-Файф (господина Уильяма Галлахера) сказать то, что он сказал, и именно из-за этого страха его слова нашли понимание почти у всех присутствующих членов палаты. Как нам жить с этим страхом? И что нам сделать, чтобы преодолеть всеобщий ужас? Нам нужно лишь найти ответ на самый важный вопрос: «Как предотвратить войну, которая вот-вот разразится?» Давайте рассуждать логически. Во внешней политике наша страна может выбрать одно из двух возможных направлений. Первое направление – это альянс Великобритании и Франции, двух уцелевших либеральных демократий Запада, которые хорошо вооружены, богаты, влиятельны, которые господствуют на море, у которых есть военно-воздушные силы и большие армии и которые устоят на своих берегах, в то время как ударная волна от взрыва, который вот-вот прогремит в Европе, распространится на юг и восток. Такой внешнеполитический подход, пожалуй, несколько прагматичен, и я очень надеюсь, что, прежде чем пойти этим путем, мы сначала предпримем все усилия для проведения несколько иного курса, предусматривающего создание реальной системы международной безопасности под эгидой Лиги Наций на условиях законности и в соответствии с нормами международного права. Я осмелюсь внести предложение, которое, я надеюсь, не вызовет неприятия у представителей оппозиции: помимо мер, которые мы предпримем в связи с этим конкретным событием, и тех шагов, которые уже счел нужным осуществить наш министр иностранных дел, мне кажется целесообразным именно сейчас выступить с ключевой резолюцией о создании эффективной системы международной безопасности. На мой взгляд, все нации и государства, которые обеспокоены ростом военной мощи Германии, теперь должны объединить свои усилия для заключения соглашений о взаимопомощи и взаимодействии с согласия Лиги Наций и в соответствии с положениями ее устава.

Нынче многие поговаривают о необходимости взять Германию в осаду. В связи с этим мне кажется вполне справедливым мнение последнего оратора, который подчеркнул, что окружение этой страны с намерением развязать войну совершенно недопустимо, тогда как мирное окружение в целях обороны может оказаться неизбежным и будет удерживаться до тех пор, пока у остальных наций больше не останется поводов для беспокойства. Со своей стороны, я хотел бы отметить, что, окружив Германию, мы ни в коем случае не должны навязывать ей такие условия, которым бы мы сами на ее месте не смогли подчиниться. Ведь наша задача состоит не в том, чтобы оскорбить народ этой страны, а в том, чтобы остановить потенциального агрессора. Если наше государство когда-нибудь станет представлять столь же явную угрозу для соседей, пусть они точно так же окружат нас и принудят к порядку. Если завоевательные инстинкты проснутся во французах, их государство тоже окажется в осаде. А если нам все же придется взять в окружение Германию, то пусть немцы смирятся и примут все санкции, наложенные на них мирными и законопослушными странами, которые будут строго контролировать их выполнение. Главное, что мы должны сделать, – это заключить соглашения с другими европейскими державами о взаимопомощи и содействии. Мой достопочтенный друг, член парламента от графства Карнарвон (господин Ллойд Джордж), которого сейчас нет с нами, всегда предостерегал своих коллег от заключения соглашений военного характера. Но в условиях военной угрозы без таких соглашений абсолютно невозможно обеспечить сколь-нибудь эффективные меры международной взаимопомощи. Это первое, что я хотел сказать.

Во-вторых, я полностью согласен с мнением достопочтенного джентльмена, который открывал эти дебаты от имени оппозиции. Он, помнится, отметил, что, как только европейские державы свяжут друг друга обязательствами в рамках единого мощного альянса с целью организации обороны и поддержания мира, они должны будут предоставить Германии гарантию неприкосновенности немецких территорий и поклясться, с одной стороны, совместно напасть на всякого, кто посмеет вторгнуться в ее пределы, а с другой – поддержать и защитить всякого, на кого она сама нападет. Я ратую за мир. Я хочу найти способ предотвратить войну, но, к сожалению, одних благих намерений и призывов тут явно недостаточно. Нужны реальные меры. Как только мы предпримем решительные действия и гарантируем соблюдение указанных выше двух условий, как только все силы, имеющиеся в распоряжении Лиги Наций, будут объединены с целью совместной обороны и как только Германия получит соответствующие политические гарантии, наступит тот самый момент, когда можно будет коллективно обратиться к немецкому правительству, причем не только со второстепенным вопросом о Рейнской области, но и с главным вопросом о перевооружении Германии и значимости этого процесса для других стран. При этом представители европейских государств ни в коем случае не должны увиливать от переговоров. Напротив, им следует задавать Германии самые неудобные и прямые вопросы о ее планах и о будущих взаимоотношениях. Кроме этого, нужно будет обязательно предложить Германии высказать свои претензии и рассмотреть их на заседании Совета. Но давайте не будем обсуждать их так, будто мы неуправляемая толпа, оказавшаяся перед лицом силы, которой явно не может противостоять. Давайте будем вести диалог с Германией так, будто преимущество на нашей стороне, давайте выступать единым фронтом, а не поодиночке, давайте действовать с позиций законности и международного правопорядка, ведь у нас есть на это необходимые полномочия.

В мировой истории очевидна такая закономерность: когда нации сильны, они далеко не всегда справедливы, а когда они жаждут справедливости, они, как правило, уже далеко не столь сильны. В нынешней ситуации мне бы очень хотелось, чтобы наш международный альянс приобрел безграничную власть. Если на нашей стороне будет лишь незначительный перевес и если нам не удастся убедить противника в своем явном превосходстве, нам не избежать войны. Но если нам удастся заручиться поддержкой еще хотя бы десятка стран, каждая из которых обязуется неукоснительно соблюдать положения устава и существующие договоренности, тогда, по моему мнению, есть шанс достигнуть итогового соглашения, которое залечит раны нашей планеты и остановит войну. Так давайте же стремиться к заключению этого благословенного союза силы и справедливости: «Мирись с соперником твоим скорее, пока ты еще на пути с ним» 1

Давайте все вместе спасем мир от надвигающейся катастрофы, ведь она сулит нам такие страшные бедствия и несчастья, которые невозможно описать.

7 марта гитлеровские войска вторглись в Рейнскую область, тем самым нарушив условия Версальского договора и Локарнских соглашений. В связи с этим британское и французское правительства выступили с протестом, но, собственно, этим и ограничились. Для Черчилля свершившееся событие стало подтверждением его опасений по поводу завоевательных амбиций нацистской Германии.

Footnotes

  1. Евангелие от Матфея, 5:25.