Евреи: «Их род, их раса объявлены нечистыми и проклятыми»

Речь Уинстона Черчилля в Палате общин 24 марта 1936 года

Уважаемый коллега заверил нас, что мандату и Декларации Бальфура ничего не угрожает, но лично я почему-то не могу не сомневаться на этот счет. Имея в законодательном собрании арабское большинство, нельзя не столкнуться с противоречиями между теми принципами, которые заложены в Декларации Бальфура, и теми шагами, которые придется предпринимать под давлением этого большинства. Эти противоречия неизбежно замедлят процесс иммиграции евреев в Палестину и затруднят формирование там их национального очага.

Я не испытываю никакой неприязни к арабам. Я думаю, что более 14 лет назад, занимаясь палестинским вопросом, именно я пошел на большую часть тех уступок, что были сделаны для них тогда. Эмир Абдалла сейчас правит в Трансиордании, куда однажды в воскресенье лично я отправил его из Иерусалима. В своих действиях я руководствовался советами великого человека – полковника Лоуренса, находившегося рядом со мной, когда я отдавал соответствующие распоряжения. Насколько я могу судить, принятые мной меры выдержали проверку временем, а установленные тогда на Ближнем Востоке режимы пережили не одного правителя. Но я не могу себе представить, как на нынешнем этапе можно совместить несовместимое: реализацию положений Декларации Бальфура, с одной стороны, и деятельность арабского большинства в законодательном собрании – с другой. У меня это просто в голове не укладывается, хотя сэр Эндрю Уокер явно придерживается противоположного мнения. Я не в силах в это поверить, потому что вижу, что многие другие люди, занимавшиеся данной проблемой и неравнодушные к судьбе Палестины, арабов и евреев, в настоящий момент, как и я, испытывают серьезные опасения по этому поводу.

Пока что наши дела в Палестине идут очень хорошо. Когда немногим более года назад я путешествовал по этой стране, меня чрезвычайно впечатлили четкость и слаженность работы тамошнего административного аппарата. Достаточно посетить соседние страны, например Сирию, чтобы увидеть разницу: там тоже наблюдается некоторый порядок и прогресс, но лишь в результате регулярного применения военной силы. Десятки тысяч солдат несут службу по всей стране. Я всегда считал, что при сравнении наших методов управления с теми методами, которые применяются в странах, подобных Сирии, оценить их эффективность достаточно легко, если сопоставить численность регулярных войск, обеспечивающих порядок в том или ином государстве: сирийскому правительству требуется несметное количество солдат – так руководить может каждый, в то время как наша прогрессивная система управления обходится сравнительно небольшим количеством войск, дислоцируемым в регионе.

Не спешите разрушать существующую систему! Ведь она вполне работоспособна. Она еще не достигла того состояния, которое позволило бы заключить, что все нынешние методы управления больше ни на что не годятся. В то же время, хотя местные институты власти до сих пор не успели проявить себя и все попытки передать им управление не увенчивались успехом, необходимо все равно по возможности продолжать расширять их полномочия. Речь сейчас, однако, в основном не об этом. На настоящий момент британская администрация показала себя с лучшей стороны, тогда как местные органы власти прогрессируют очень медленными темпами. В такой ситуации не будет ли разумнее на некоторое время оставить все как есть и немного подождать? Неужели уважаемый коллега хочет сказать, что, если по рекомендации парламента или под давлением однопартийцев и оппозиции он придет к выводу о невозможности предпринять дальнейшие шаги в этом или следующем году и решит повременить с принятием предписанных мер, он тем самым нарушит обещание, данное Лиге Наций? Ведь это же абсурд! Я ни на секунду не сомневаюсь в том, что, если бы наши представители в Женеве разъяснили нашу позицию так, как это сделали здесь, в Палате общин, члены парламента, представляющие все политические партии, то наше решение об отсрочке рекомендованных действий нашло бы полное понимание у этой консультативной инстанции.

Сейчас я говорил в первую очередь о Палестине, хотя, конечно же, проблема массовой еврейской миграции приобретает особую актуальность в нынешней ситуации, когда еврейское население крупной европейской страны подвергается жестокому и безжалостному преследованию. На наших глазах разворачивается «холодный погром»1 – люди, жившие в достатке, в одночасье становятся нищими и даже в этом плачевном положении оказываются лишены возможности заработать себе на кусок хлеба. Они не могут претендовать ни на какие пособия и вынуждены влачить жалкое существование, страдая от голода и холода. Их дети подвергаются издевательствам в школах. Их род, их раса объявлены нечистыми и проклятыми. В отношении евреев в этой стране творятся самые страшные злодеяния, на какие только способна отвратительная и вопиющая тирания. Именно поэтому я заявляю, что в сложившихся обстоятельствах Палата общин, безусловно, не может допустить, чтобы та единственная дверь, которая еще открыта для этих людей, та лазейка, которая дает им последнюю надежду на спасение, вдруг закрылась раз и навсегда. Наш политический курс ни в коем случае не должен препятствовать избавлению этих несчастных от жестоких мук – у нас нет на это морального права.

Черчилль, который в период работы на посту министра по делам колоний определил границы библейской Палестины и посадил эмира Абдаллу на трон Королевства Иордания, в последующие годы продолжал оставаться убежденным поборником сионизма и активным сторонником Декларации Бальфура, провозгласившей Палестину «национальным очагом» евреев.

Footnotes

  1. Имеется в виду погром, санкционированный государством.