Соединенные Штаты Европы (др.перевод)

Речь, произнесенная 19 сентября 1946 года в Цюрихском университете

Сегодня я буду говорить о постигшей Европу трагедии. Этот прекрасный континент, с его плодородными пахотными землями и умеренным, ровным климатом, является колыбелью всех великих народов, населяющих Западный мир. Здесь зародилась христианская вера, здесь возникла христианская мораль, здесь были заложены первоосновы мировой культуры, искусства, философии и науки. И если бы народы Европы смогли объединить свои усилия в стремлении использовать созданное ими общее наследие для всеобщего блага, то для трехсот или четырехсот миллионов европейцев наступила бы эра благоденствия, процветания и великих свершений. Однако вместо этого именно в Европе вспыхнул подожженный германцами и их тевтонскими собратьями пожар мировой войны, и все мы в наш просвещенный двадцатый век стали свидетелями того, как рухнули надежды на прочный мир, на безоблачное будущее всего человечества.

Чем же это закончилось для Европы? Хотя некоторым из малых стран и удалось сравнительно быстро прийти в себя, но на большей части европейских просторов огромные массы дрожащих от ужаса, измученных, голодных, терзаемых опасениями, сбитых с толку людей застывшими взглядами взирают на лежащие в развалинах города и разрушенные жилища, а на окутанном черной мглой горизонте уже маячат призраки новой угрозы, новой тирании, нового ужаса. В стане победителей стоит неумолкаемый гвалт громких, торжествующих голосов; в стане побежденных царит унылая, угрюмая тишина. Вот чего добились европейцы, издревле живущие порознь, разделенные на множество наций и стран; вот чего добилась Германия с ее союзниками, затеяв эту кровавую бойню, в горниле которой европейские нации терзали друг друга на клочья, это побоище, сеявшее повсюду опустошение и разруху. Над европейской землей нависла реальная угроза возврата темного средневековья со всем его изуверством и мракобесием, и так бы оно и случилось, если бы великая Республика по другую сторону океана не протянула Старому Свету через Атлантику руку помощи и поддержки, вовремя осознав, что порабощение или гибель Европы не может не коснуться судеб самой Америки. Но опасность возврата к средневековью остается даже теперь.

И тем не менее есть одно кардинальное средство, которое, если к нему прибегнут сообща все европейские страны, чудесным образом изменит нынешнюю картину и за считанные годы сделает всю Европу, или по крайней мере ее большую часть, такой же свободной и счастливой, какой мы видим сегодня Швейцарию. В чем же заключается это чудодейственное средство? В воссоздании европейской семьи народов, причем в возможно полном составе, и в придании ей такой структуры, которая обеспечила бы ее мирное, безопасное и свободное существование. Нам необходимо построить нечто вроде Соединенных Штатов Европы. Это позволило бы сотням миллионов людей вернуться к повседневным радостям и надеждам, ради которых только и стоит жить. Процесс создания такого объединения очень прост. Для этого нужна лишь решимость сотен миллионов мужчин и женщин творить добрые дела вместо злых, получая в качестве награды благословение вместо проклятий.

Многое в этом направлении пытался сделать «Пан-Европейский Союз» 1, в начинаниях которого активное участие принимали граф Куденхове-Калерги2 и известный французский государственный деятель и патриот Аристид Бриан. Существовало также множество других проектов и планов, и многие из них воплотились в созданной после Первой мировой войны Лиге Наций3, на которую возлагались чрезвычайно большие надежды. Увы, Лига Наций надежд этих не оправдала, но не потому, что в основы ее деятельности были заложены неверные принципы и концепции, а потому, что этих принципов и концепций не придерживались входившие в нее страны. Правительства этих Стран не сумели трезво оценить обстановку и не предприняли решительных действий, пока еще было не поздно. Поэтому Лига Наций и не выполнила своей миссии. Мы не можем допустить повторения этой страшной ошибки. Мы обязаны предотвратить еще одну трагедию, подобную той, которую принесла нам недавняя война. Слишком дорогой ценой достался нам преподанный ею горький урок, чтобы мы его не учли при строительстве новой Европы.

Два дня назад я с удовлетворением узнал из газет, что мой добрый друг президент Трумэн с большим интересом и сочувствием воспринял этот великий замысел. Нет никаких оснований опасаться, что создание региональной европейской организации хоть в чем-то помешает деятельности такого всемирного органа, как Организация Объединенных Наций. Напротив, я абсолютно уверен, что крупное сообщество может быть жизнеспособным только в том случае, если его основой являются более мелкие, хотя и совершенно самостоятельные и естественные образования. В Западном полушарии уже есть такого рода естественное образование. Это Британское Содружество наций. Подобные региональные объединения не только не ослабляют, но, напротив, укрепляют организации глобального масштаба — более того, являются их главной опорой. И в самом деле, почему бы не существовать европейской организации, которая могла бы возродить в истерзанных народах нашего могучего, но столь неспокойного континента ощущение принадлежности к мировой семье народов и чувство вселенского патриотизма? Почему бы такой организации не занять достойное место среди других важных организаций, определяющих судьбы народов? Для того чтобы это стало реальностью, необходима вера в общее, справедливое дело — вера, которую должны разделять миллионы людей разных стран, говорящих на разных языках.

Все мы знаем, что обе мировые войны, через которые мы прошли, возникли из-за настойчивых притязаний воссоединенной Германии на мировое господство. Человечество за всю свою многовековую историю, даже если вспомнить о монгольском нашествии в четырнадцатом столетии, не знало таких чудовищных злодеяний и такого массового уничтожения людей, какие имели место в последней из этих двух мировых боен. Виновники безусловно должны быть наказаны, а Германию, во избежание новых захватнических войн, следует лишить возможности перевооружаться. Но после того как все это будет сделано — а это обязательно будет сделано, и это делается уже сейчас,— нужно будет отказаться от дальнейших актов возмездия. Более уместными будут, выражаясь словами мистера Гладстона4, «благословенные акты забвения». Всем нам необходимо повернуться спиной к ужасам прошлого. Мы должны смотреть в будущее. Мы не можем брать с собой и нести через грядущие годы груз ненависти и жажду мщения, рожденные ранами прошлого. От новых бесконечных страданий и от опасности окончательной гибели Европа может быть спасена лишь с помощью акта веры в общее дело и «акта забвения», какие бы чудовищные злодеяния и страшные ошибки ни совершались в прошлом.

Смогут ли граждане свободной Европы возвыситься до понимания необходимости найти в своих душах то великое и благородное, что, собственно, и объединяет нас как людей? Если смогут, то несправедливости и взаимные обиды прошлого останутся позади, смытые потоками слез от перенесенных всеми страданий. Неужели нам нужны новые бесчисленные трагедии? Неужели полученный нами страшный урок истории научил нас только тому, что человечество ничему научить невозможно? Так пусть же на нашей земле воцарятся справедливость, милосердие и свобода. Нужно только, чтобы все народы Европы по-настоящему пожелали этого, и тогда наступит то прекрасное время, о приходе которого мы так долго мечтали.

А теперь я скажу вам нечто такое, что может вас удивить. На мой взгляд, первым шагом по воссозданию европейской семьи народов должно быть налаживание партнерства между Францией и Германией. Только так, и никаким иным образом Франция может вновь обрести ведущую роль в Европе. Духовное возрождение Европы без участия Франции и Германии с их величайшим духовным наследием попросту невозможно. Структура Соединенных Штатов Европы, если это сообщество будет построено на надежной, хорошо продуманной основе, должна быть таковой, чтобы экономический уровень каждого входящего в него государства не имел определяющего значения. Малые страны будут играть в новом объединении не менее весомую роль, чем большие, поскольку авторитет той или иной страны будет определяться, главным образом, ее вкладом в общее дело. Каждая из исторически сложившихся германских земель и каждое из бывших германских княжеств, объединившись в единую федеральную систему на свободной, взаимовыгодной основе, займет свое достойное место среди других стран сообщества Соединенных Штатов Европы. Но я не собираюсь излагать здесь детальную программу построения новых взаимоотношений между странами, сотни миллионов граждан которых стремятся жить счастливо и свободно, в достатке и безопасности, пользуясь теми «четырьмя свободами» 5, о которых говорил великий Рузвельт, и руководствуясь принципами, провозглашенными в Атлантической хартии6. Если народы Европы действительно захотят этого, им нужно будет лишь выразить свою волю, а тогда уж найдутся и методы, и конкретный механизм для воплощения их всеобщего желания в жизнь.

Но я должен предупредить вас, что времени для этого остается в обрез. Да, сейчас мы наслаждаемся передышкой от военных столкновений. Бои прекратились, пушки умолкли, но опасность того, что они заговорят с новой силой, далеко еще не миновала. Если мы действительно хотим сформировать Соединенные Штаты Европы (причем не так уж важно, какое название и структуру они будут иметь), то начинать нужно прямо сейчас.

Как это ни парадоксально звучит, но за тот непрочный мир, какой нам удается сейчас сохранять, мы должны быть благодарны атомной бомбе. Пока что атомная бомба находится в руках такого государства — и я бы добавил, такого народа,— которые никогда не пустят ее в ход, если только этого не потребует необходимость защиты справедливости и свободы. Но кто может поручиться за то, что в течение нескольких лет это ужасное средство массового уничтожения не распространится по всему земному шару? Катастрофа, которая последует в случае применения конфликтующими сторонами атомной бомбы, будет настолько чудовищной, что вызовет не только гибель всего того, что мы называем цивилизацией, но и, по всей вероятности, приведет к прекращению самой жизни на Земле.

А теперь я хотел бы подытожить предложения,  которые представляются на ваш суд. Наша главная цель по-прежнему состоит в дальнейшем построении и укреплении ООН, и именно под эгидой этой всемирной организации мы должны будем приступить к воссозданию европейской семьи народов в виде той региональной структуры, которую предлагается назвать Соединенными Штатами Европы. Первым нашим шагом должно быть учреждение Совета Европы. Даже если не все европейские государства проявят готовность сразу же вступить в новое сообщество, мы будем создавать его в составе тех стран, которые выразят такую готовность. Задача полного избавления простых людей от угрозы порабощения и войны, в какой бы стране они ни проживали, должна решаться на самой весомой основе, каковой должна быть готовность граждан этих стран, и мужчин и женщин, скорее умереть, чем подчиниться чьей-либо тирании. В этой неотложной работе Франция и Германия должны сообща играть ведущую роль. Великобритания, Британское Содружество наций, Америка и Советская Россия (а я хотел бы надеяться на ее участие в нашем проекте, ибо в этом случае можно было бы и в самом деле рассчитывать на надежный успех) должны стать партнерами и поручителями в строительстве новой Европы и должны в дальнейшем защищать ее право на мирное существование и процветание.

 

Другой перевод речи «Соединенные Штаты Европы»

Footnotes

  1. «Пан-Европейский Союз», или «Пан-Европа»,— блок государств континентальной Европы, проект создания которого был выдвинут в 1930 году французским правительством по инициативе министра иностранных дел Франции Аристида Бриана (1862— 1932).
  2. Рихард Куденхове-Калерги (1894—1972) — австро-венгерский политик, писатель и пацифист, один из инициаторов создания «Пан-Европейского Союза».
  3. Лига Наций — международная организация, предшественник Организации Объединенных Наций; учреждена в 1919 году и распущена в 1946 году.
  4. Уильям Юарт Гладстон (1809—1898) — премьер-министр Англии в 60-е — 90-е гг. XIX века.
  5. «Четыре свободы» — принципы, провозглашенные президентом США Франклином Делано Рузвельтом 6 января 1941 года в послании конгрессу. Говоря о важности сохранения мира, Рузвельт подчеркивал особую важность обеспечения при этом «четырех свобод» — «свободы слова и самовыражения», «свободы вероисповедания», «свободы от нужды» и «свободы от страха».
  6. Атлантическая хартия — декларация правительств США и Великобритании, принятая в ходе встречи президента США Рузвельта и премьер-министра Великобритании Черчилля 9 августа 1941 года на борту авианосца «Огаста»; в Атлантической хартии излагались цели войны против фашистской Германии и ее союзников, а также принципы послевоенного устройства мира.